Первое упоминание Бескудникова, давшего название району на севере столицы, находим в писцовой книге 1584 г., где записано: «…за вдовою за Овдотьею за Немчиновскою женою за Индриковою да за её сыном за недорослью за Некрасом старое мужа её поместье дер. Безкунникова на рчк. на Лихоборе, а в них двор вдовин с детми да три двора крестьянских, а людей в них тоже». Судя по всему, речь в этом отрывке идет о вдове прибалтийского рыцаря Индрика (латышская форма имени Генрих), упоминаемого летописью под 1558 г. Как известно, в этом году началась Ливонская война. Описывая развернувшиеся военные действия, Никоновская летопись сообщает: «Того же месяца прислал маистр Ливонской Гедирт человека своего Индрика с тем, что старого маистра Виглима скинули, а его маистром учинили, и царь бы его государь пожаловал, рать свою унял». На эту просьбу Иван IV высокомерно заявил, что если магистр хочет «государева жалованиа», то должен сам «бить ему челом» и тогда он его «пожалует». С такой неутешительной новостью Индрик вынужден был вернуться обратно. Бои продолжались, а вскоре под ударами русских войск пал Юрьев и ещё два десятка мелких ливонских городков. Во время взятия одного из них в плен, вероятно, попал и Индрик. После окончательного разгрома Ливонского ордена он, очевидно, переходит на русскую службу и получает в награду подмосковное поместье.
Приведённый нами отрывок писцового описания интересен и тем, что здесь фиксируется ранняя форма названия селения — Бескунниково. В глубокой древности словом «куны» обозначали деньги. Однако, вероятнее всего, эта бывшая деревня к ним не имеет никакого отношения. Среди мелких служилых фамилий русского государства известен род Бескунниковых, с которым и следует связывать происхождение этого названия.
Через четыре десятилетия, в 1627 г., деревня, ставшая называться Бескудниковом, находилась в поместье за князем Львом Волконским и московским дворянином Лукьяном Мясным. На половине каждого значится двор помещика, где живут «деловые» люди. Из тогдашних владельцев поселения более известен последний. В 1616 г. Лукьян Иванович ездил послом в Вену.
В 1670-х годах Бескудниково значится вотчиной Петра Ивановича Савина, а в 1704 г. в сельце находились «двор вотчинников, двор скотной, людей в них 6 человек, пять дворов крестьянских, людей в них 27 человек». Из переписной книги 1709 г. узнаем, что под конец жизни Пётр Савин отдал имение царевне Наталье Алексеевне, любимой сестре Петра I: «…по сказке то-де сельцо ударил челом он великой государыне благоверной царевне Наталье Алексеевне… А ныне он, Пётр, того села вновь переписывать вотчииниковых и крестьянских дворов не дал, а сказал: того-де сельца без указу её, великой государыни благоверной царевны Натальи Алексеевны, переписывать он дать не имеет (права. — Авт.) для того, что-то де сельцо присудно Танинекой волости».
Наталья Алексеевна была всего на год с небольшим младше Петра I В детстве у них были общие слуги и учителя, и царевна разделяла многие забавы и увлечения брата. В историю русской культуры она вошла своей страстью к театру — в её покоях ставились пьесы, нередко ею же и написанные. Важную роль играла она в отношениях Петра I с его сыном — царевичем Алексеем. После того как царь заточил свою первую жену в суздальском Покровском монастыре, Наталья Алексеевна взяла к себе царевича. Скончалась она летом 1717 г., и Бескудниково перешло в состав дворцовой Тайнинской волости.
Для крестьян этот переход не принёс ничего нового. Сельцо, снова ставшее числиться деревней, словно застыло в своём развитии. В 1793 г. его мужское население, как и в начале века, всё также составляло 27 человек и только к 1811 г. возросло до 42 человек.
Реформа 1861 г. также мало что дала бескудниковским крестьянам. Согласно составленной двумя годами позже уставной грамоте, почти треть всей земли, включая лесные угодья, оставалась в распоряжении дворцовой конторы. На 56 ревизских душ крестьяне получили те же 122 десятины, которыми пользовались до освобождения и, вдобавок, должны были за каждый надел платить выкупные платежи.
Все это привело к тому, что в первые же годы после реформы многие из них начинают искать заработков на стороне. В 1869 г. по годовым билетам в город уходили 24 человека, едва ли не половина взрослого населения деревни. К концу XIX в. промыслы здесь получают дальнейшее развитие. В 1898 г. в Бескудникове имелось 33 двора, где проживало 187 человек (85 мужчин и 102 женщины). Из них 88 человек занимались промыслами в своей деревне, а 37 человек — на стороне. Широко развиты были вязание, слесарное и столярное дело. Многие держали коров и вели торговлю свежим молоком в столице.
В это время Москва переживала строительный бум. Потребность в стройматериалах вызвала появление во многих местах кирпичных заводов. Вслед за соседними Аихоборами появляется завод и на земле Бескудниковского крестьянского общества. Он был основан в 1874 г. московским купцом второй гильдии А.Т. Денисовым и занимал 30 десятин, арендованных у крестьян. В год он производил до 140 тыс. штук кирпичей. Производственный сезон начинался в мае и заканчивался в ноябре. Рабочих-сезонников обычно набирали на Хитровом рынке в Москве: порядовщиков из Калужской, глинщиков — из Рязанской, обжигальщиков — из Тульской губерний. Рабочий день длился с четырех утра до восьми вечера. Спали рабочие в сараях, шалашах и землянках, а в холодную погоду — в артельных кухнях или около обжигальных печей.
Местные крестьяне здесь не работали, а предпочитали получать арендную плату. Кроме этого, ими был открыт питейный дом рядом с заводом. В итоге доходы местного сельского общества уже в 1880 г. (к этому времени кирпичное производство перешло в руки госпожи Юдиной) составили около 2400 рублей, из которых 790 рублей давало питейное заведение.
При прокладке Савёловского направления железной дороги в двух верстах от деревни была устроена станция Бескудниково, которая связывалась особой веткой со станцией Лосиноостровской на Ярославском направлении. Около станции возник ещё один кирпичный завод.
Годы революции и Гражданской войны заметно повлияли на жизнь деревни. Застой в промышленности ударил и по местным промыслам. При общем приросте местного населения к середине 1920-х годов до 264 человек количество лиц, занятых промыслами, сокращается до 25 человек, из которых несколько менее половины занимались извозом. Крестьяне вновь обращаются лицом к земле. При этом возрастает значение торговли молоком — количество коров по сравнению с 1898 г. увеличилось вдвое.
С середины 1920-х годов бескудниковские земли все более и более приобретают промышленный характер. К 1926 г. возобновил свою деятельность кирпичный завод, именовавшийся тогда «заводом № 1 Московского управления промышленности и торговли». Спустя год количество рабочих на нём колебалось от 164 до 318 человек. В 1926 г. при станции Бескудниково по правую сторону от железной дороги строится новый кирпичный завод № 2 с числом рабочих от 173 до 570 человек. Там же вступил в строй кожевенный завод Моссовнархоза (с 24 рабочими в 1927 г.), арендованный предпринимателями Миниными. Местная железнодорожная станция вскоре стала одной из самых крупных сортировочных станций Московского узла.
В результате этого в начале 1930-х годов складывается рабочий посёлок Бескудниково, население которого перед Великой Отечественной войной составило более 8 тыс. человек, а к 1959 г. возросло до 16 тыс. человек. В 1960 г. он вошёл в черту столицы, а в 1964 г. здесь началось строительство нового жилого микрорайона.
