За Московской кольцевой автодорогой восточнее Гольянова раскинулся посёлок Восточный. Он возник в 1930-е годы на землях села Щитникова. Археологическая экспедиция 1990 г., возглавляемая С.З. Черновым, обнаружила в районе Щитникова следы трех селищ XIV-XVII вв. Одно из них располагалось на правобережной возвышенности речки Пехорки в 750 метрах от поселения. Это следы прежнего Щитникова, окружённого лесом сельца неподалеку от старой Стромынской дороги.
Первые дошедшие письменные сведения о поселении относятся к XVI в. Своё название оно получило, очевидно, от одного из первых владельцев, обосновавшемся здесь в XV или начале XVI в. В русском языке слово «щитник» обозначало оруженосца при знатной особе. Один из них, возможно, и владел этими землями. В первой половине XVI в. Щитниково находилось в поместье за князем Борисом Ивановичем Палецким, отпрыском древней ветви Стародубских князей. Он служил удельному князю Андрею Старицкому, входил в его думу и был конюшим.
Андрей Старицкий был братом государя Василия III. В малолетство Ивана Грозного он был, что называется, «на подозрении» как возможный претендент на трон. Ситуация осложнилась, когда в тюрьме умер старший брат старицкого князя — Юрий Дмитровский. Развязка не заставила себя ждать. Князь Андрей был опасен — ведь он как брат Василия III имел такое же право на престол, как и сын Василия. Почувствовав что-то неладное, князь Андрей отказался ехать в Москву. Он думал, что его там поймают и посадят в тюрьму — так поступили с Юрием Дмитровским. Когда в Москве арестовали посланца старицкого князя, Андрей не выдержал и поднял мятеж.
Схватка за власть была проиграна. В том же 1537 г. старицкий князь умирает, а его приближенные частью были казнены, частью оказались в опале. Среди последних оказался и владелец Щитникова Борис Иванович Палецкий. По словам летописи, его велели «пытати да и казнити торговою казнью, да, оковавши, в Наугольную стрельницу посажати».
В 70-е годы XVI в. щитниковское поместье принадлежало служилому человеку Фёдору Евсееву Поздееву, владевшему и соседними землями близ Ивановского. К тому времени сельцо превратилось в пустошь со скромными угодьями — пашней в 50 четей «доброй земли», сенными покосами по речке Пехорке и «раменным» (то есть «опушечным», «окраиным». — Авт.) лесом, часть которого была распахана.
После тяжёлых времен Смуты Щитниково так и не возродилось — оно лежало впусте еще в середине XVII в. Писцовая книга 1620-х годов застает половину этой пустоши в вотчинном владении Микиты Фуникова, потомка белозерских князей.
Вскоре небольшое владение приглянулось первым царям из династии Романовых, присовокупившим пустошь к своим землям. К середине 1660-х годов её заселили согнанными из разных мест крестьянами. Новая деревня вошла в Измайловскую волость Приказа тайных дел. В отличие от старого Щитникова, вновь основанное поселение было спланировано «по чертежу»: крестьянские дворы шли вдоль Стромынской дороги, поодаль от реки. В1702 г. здесь выстроили деревянную церковь во имя великомученика Дмитрия Солунского, в приходе которой состояло 22 двора. Таким образом, появился третий после Ивановского и Никольского присёлок в обширной Измайловской волости.
Дальнейшая история Щитникова тесно переплелась с прошлым села Измайлова. После 1676 г. присёлок был в ведении Приказа Большого Дворца, затем Главной дворцовой канцелярии. В конце XVIII в. он, как и остальные селения Измайловской округи, вошел в ведение Удельного ведомства. Его население росло. Если в 1770-е годы здесь числилось 43 крестьянских двора, то к 1800 г. таковых стало 65.
Осенью 1812 г. пожар охватил почти весь присёлок — сгорело 48 крестьянских изб. Погорельцы нашли временный приют во владениях князя Трубецкого — соседних Гольянове, Лукине и Абрамцеве. Страшное бедствие списывали на французских мародеров, грабивших окрестные усадьбы и деревни в поисках продовольствия.
Щитниково отстроили довольно быстро — через четыре года на месте пепелищ красовались новые деревянные дома. Крестьяне рубили их сами. Сохранились сведения, что они получали «пособие» лесом, т.е. брёвнами. По данным 1852 г., в селе находилось уже 95 дворов с 650 обитателями. Местные жители выращивали яблоки и ягоды, которыми торговали в Москве.
Крестьяне Щитникова не считались зажиточными. Значительные средства сельское общество было вынуждено тратить на аренду земли у Удельного ведомства. Это было связано с тем, что сельские угодья были разбросаны в разных частях Московской губернии и в силу этого практически не обрабатывались. Так, в Богородском уезде значился принадлежащий местным крестьянам луг, который в 1870-е годы сдавался фабриканту Морозову за 118 рублей в год, а также земля, «которой крестьяне вовсе не пользуются». Другой земельный надел находился в Ростокинской волости — он сдавался в аренду за 100 рублей в год.
Промышленный подъем страны во второй половине XIX в. зримо отразился и на истории Щитникова. В 1878 г. предприниматель С.В. Аксенов основал здесь картонную фабрику, работавшую на конной тяге. Эта фабрика еще в конце ХIХ в. оставалась небольшим предприятием — на ней работало 22 человека, а годовое производство исчислялось в 22 тыс. рублей.
Щитниковские крестьяне мало-помалу отходили от земледелия и зарабатывали промыслами. К началу 1880-х годов у местных крестьян, подрабатывавших ткачеством, было 11 ткацких станов. В это же время профессор-гигиенист Ф.Ф. Эрисман обследовал здесь мелкие ткацкие заведения Баранова и Фалеева. Они оказались типичными для небольших сельских фабрик. В одной просторной избе работали исключительно местные жители, вырабатывавшие шёлковый атлас и полушерстяные материи. Основанные на крестьянской земле, эти фабрики заработали в 1870-е годы, в пору промышленного бума. Вскоре, ближе к концу столетия, в Щитникове обосновались и другие фабриканты: Правление Товарищества Балашинской мануфактуры, крупнейшего в округе предприятия, приобрело местную усадьбу.
Щитниково продолжало расти, будучи расположено на оживленной Юрьевской дороге (так в XVIII-XIX вв. по конечному пункту — городу Юрьеву-Польскому называли Стромынскую дорогу). В1869 г. здесь имелись церковно-приходская школа, две лавки, питейный дом и трактир. Последний ежегодно приносил сельскому обществу 50 рублей. Из 635 человек сельского населения количество грамотных и учащихся было ничтожно мало — 82 человека, или около 13%. Местные крестьяне год от году всё меньше выращивали картофель, рожь и овёс. В конце XIX в. они устраивались работать мотальщиками нитей, торговыми служащими, бахромщиками, ткачами и прачками. Ведь крестьянский труд при скромных урожаях не окупался; не хватало инвентаря. В среднем из пяти хозяев два брали инвентарь в аренду, не имея средств обзавестись собственным. О невысоком уровне крестьянского благосостояния говорит и тот факт, что на 110 сельских семей приходилось всего 67 лошадей, основной тягловой силы в хозяйстве.
После 1917 г. созданная еще в 1860-е годы Пехорская волость, куда входило Щитниково, была переименована в Разинскую. По итогам переписи 1926 г., в селе было 129 крестьянских дворов и 31 двор рабочих и служащих. Население достигло 749 человек. В селе располагался сельсовет; совхоз же находился в стороне, в соседнем Максине. В1938 г. закрыта и позднее (1947) разобрана каменная церковь Дмитрия Солунского. Она была выстроена еще в 1875—1877 гг. на средства церковного старосты и купца первой гильдии Михаила Григорьевича Бородина. Храм строили по проекту архитектора П.П. Петрова в «русском стиле», с использованием элементов русской архитектуры XVII в. На его развалинах после Великой Отечественной войны возвели здание сельского клуба в классических сталинских формах; строение сохранилось и поныне.
В 1937 г. рядом с Щитниковом был образован посёлок Восточный для рабочих обслуживавшей Москву Восточной водопроводной станции. В столице был разработан генеральный план посёлка со своим архитектурным обликом, озеленением, планировкой улиц, скверов, аллей. В 1991 г. он вошёл в Восточный округ Москвы на правах отдельного муниципального округа.
В 1995 г. было принято решение о восстановлении в посёлке церкви. 30 сентября того года патриарх Алексий II отслужил молебен при закладке храма. Он был торжественно открыт год спустя, 8 ноября 1996 г., ко дню памяти св. великомученика Дмитрия Солунского.
