Первое известие о нынешнем Царицыне встречается в писцовой книге 1589 г., когда это была пустошь Черногрязская, входившая в состав владений дворцового села Коломенского: «…пашни паханые середние земли наездом 3 десятины, а пахал Игнашко Никитин с товарищами из деревни Осляевой, да перелогу 11 десятин, да лесом поросло 12 десятин с полудесятиною в поле, а в дву потому ж, сена 20 копен».
В январе 1633 г. эта пустошь с рядом соседних была продана за 73 рубля в вотчину окольничему Лукьяну Степановичу Стрешневу. Затем с 1650 г. вотчиной владел его сын боярин Семён Лукьянович Стрешнев, который поставил на пустоши Чёрная Грязь для себя двор, и она стала числиться сельцом.
После Семёна Лукьяновича, скончавшегося в 1666 г., имение досталось его вдове Марии Алексеевне. В состав имения, помимо сельца с боярским двором, где жили деловые люди, входили также деревня Киселёва на речке Городенке с 8 крестьянскими дворами (14 человек), деревня Шубина на речке Черногрязье, «а в ней литовского полону 3 двора крестьянских, в них 11 человек», деревня Орехова на речке Язве, «а в ней литовского полону 5 дворов крестьянских, в них 21 человек», деревня Шандурово, а Борзецово тож, — 6 крестьянских дворов (22 человека). Упомянуты также мельница на речке Городенке и Шепелев луг под государевым селом Борисовом.
В 1673 г. после смерти Марии Алексеевны Стрешневой имение было отписано ко дворцу, а в ноябре 1682 г. пожаловано боярину Ивану Фёдоровичу Стрешневу «по родству, чем владел брат его боярин Семён Лукьянович Стрешнев». В сельце отмечен двор вотчинника: «…хоромы ветхи, да сад, а в нем яблони да вишни».
В 1683 г. Иван Фёдорович Стрешнев уступил её «по родству» своему внуку стольнику князю Алексею Васильевичу Голицыну, сыну всесильного фаворита правительницы Софьи Алексеевны В. В. Голицына.
В том же году была заложена деревянная церковь во имя иконы Пресвятой Богородицы Живоносного источника, отчего село получило второе название — Богородское. Усадьбу в это время помимо господского двора с хоромами составляли скотный и конюшенный дворы, хозяйственные постройки, сад, две мельницы с плотинами, заповедные рощи. В селе кроме хозяев жили только дворовые люди и садовники.
В 1689 г., после падения правительства царевиы Софьи, все вотчины Голицыных «за их вины» были отписаны «на государей», и Чёрная Грязь попала в Дворцовое ведомство. Сохранилось составленное по этому поводу подробное описание усадьбы, показывающее, что Алексей Васильевич Голицын устроился здесь с большим размахом. Помимо самой усадьбы, главный дом которой был изнутри обшит полотнами с духовными сюжетами и обит сукном, отмечены огороженные забором сад и роща, пруды со специально саженой рыбой (осетры, сомы, щуки, лещи, стерляди, голавли, язи, судаки, шерешперы, окуни, налимы, караси, лини), мельница, солодовня, заповедный лес и несколько рощ. В самом селе отмечены 2 садовничьих двора, двор с деловыми людьми. В состав имения входили также четыре деревни с 26 крестьянскими дворами.
В Дворцовом ведомстве село находилось до июня 1712 г., когда по именному указу Петра I было отдано бывшему молдавскому господарю князю Дмитрию Константиновичу Кантемиру. В этот момент в селе числилось 13 крестьянских и бобыльских дворов. Голицынские хоромы при новом владельце были подновлены, а в 1722 г. построена новая деревянная церковь на каменном основании.
После смерти Д. Кантемира в 1723 г., по приговору Сената 1728 г., село и все владения были разделены на две части: три четверти достались его сыну князю Константину Дмитриевичу Кантемиру, а одна четверть — его мачехе Анастасии Ивановне, урождённой Трубецкой. Впоследствии она в качестве приданого дала свою долю в 1751 г. за дочерью Екатериной Дмитриевной, вышедшей замуж за князя Дмитрия Михайловича Голицына. Константином Дмитриевичем Кантемиром был построен новый усадебный дом.
После смерти Константина его часть имения оказалась также поделённой в 1757 г. между его братьями Матвеем и Сергеем Дмитриевичами. Каждый из них имел здесь свою усадьбу. Матвей Кантемир достроил перешедший к нему дом Константина, развёл сады, в 1765 г. перестроил в камне церковь с новым тёплым приделом Дмитрия Солунского. После его смерти в 1771 г. все владения объединились в руках князя Сергея. Именно у него за 25 тыс. рублей в 1775 г. имение приобретает Екатерина II. В том же году за 6 тыс. рублей она приобрела у князя Ивана Алексеевича Трубецкого и остальную часть Черногрязской вотчины, доставшуюся ему после смерти в 1761 г. его троюродной сестры Е.Д. Голицыной. Имение перешло сначала в личную собственность императрицы, а затем в Экспедицию кремлёвского строения.
Государыня, собиравшаяся устроить здесь свою подмосковную резиденцию, переименовала Чёрную Грязь в село Царицыно, которое стало центром Царицынской волости, в которую также вошли села Булатниково, Коломенское и Коньково. Возведение усадьбы было поручено зодчему В.И. Баженову. За десять лет, с 1775 по 1785 г., здесь под его руководством возвели в основном сохранившийся до сих пор дворцовый комплекс, в который тогда входили дворцы Екатерины и Павла, Малый дворец, Кухонный корпус, Камер-юнфарский и Кавалерский корпуса, управительский дом и другие здания (их функциональное назначение до сих пор не определено), мосты и ворота в сад. Одновременно велись работы по устройству парка (под руководством садовника Ф. Рида), реконструкции прудов, строительству Царицынской и Шипиловской плотин с мельницей (архитектор К. Бланк), оранжерей.
Однако, посетив в 1785 г. Царицыно, Екатерина II осталась недовольной В.И. Баженовым, и он был отстранен от работ. К сожалению, причины подобного решения государыни остались невыясненными. В литературе высказывались точки зрения, что Екатерина II охладела к Москве и Царицыну в частности, другие указывали на нехватку средств в казне. Но последнее вряд ли верно, ибо императрица, отстранив Баженова, поручила перестройку дворцового комплекса М.Ф. Казакову. Последний приказал разобрать дворцы Екатерины и Павла, Кавалерский и Камер-юнфарский корпуса и начать на их месте строительство Большого дворца по собственному проекту. Это строительство к 1796 г. практически завершилось, однако со смертью Екатерины II все работы в Царицыне прекращаются.
Следующий этап в истории усадьбы связан с именем главноначальствующего Экспедиции кремлёвского строения П.С. Валуева, отдавшего много сил возрождению Царицына. При нём велись активные работы по реконструкции и благоустройству оранжерей (превратившихся в доходнейшую статью царицынского хозяйства), ремонту плотин, устройству «английского» парка с беседками и павильонами (садовый мастер К. Унгебауер и архитектор И.В. Еготов). В 1806 г. на левом берегу Нижнецарицынского (Шипиловского) пруда был построен так называемый Валуевский дом, сгоревший в 1885 г. По всей вероятности, именно в нем останавливалась императорская семья в 1856 г., прибывшая в Москву на коронацию Александра II. При П. С. Валуеве усадьба стала любимым местом гуляний москвичей. Однако война 1812 г. и смерть П.С. Валуева в 1814 г. фактически прервали новый расцвет Царицына.
С тех пор начинается медленное угасание Царицына. Дворцовые здания практически не использовали; в 30-е годы XIX в. обсуждался даже вопрос о размещении в них военных казарм и о их разборке в связи со строительством дворца в Коломенском. В 1831 г. Царицыно переходит из ведомства Экспедиции кремлёвского строения в Московскую дворцовую контору, а в 1860 г. — в Московскую удельную контору. Что касается непосредственно самого села, то в 1825 г., по данным клировых книг, в нём значились 34 крестьянских двора и 4 двора разночинцев. В 1850 г. их стало соответственно 30 и 29.
После реформы 1861 г. Царицыно становится центром Царицынской волости. В этот же период по приказу Московской удельной конторы были разобраны оранжереи, а также предполагалась (к счастью, не осуществившаяся) продажа на слом Большого дворца, находившегося в аварийном состоянии. Различные участки усадьбы сдаются в аренду.
Стремительный рост дачного Царицына начался с постройкой Курской железной дороги в 1866 г. В 18 верстах от Москвы построили первую станцию Царицыно, для чего вырубили около 5 десятин векового соснового леса. Вблизи станции стали возникать дачные посёлки. Влево от станции по дороге, ведущей к прудам, парку и селу Царицыну (ныне это улица Прохладная), строились жилые дома, гостиницы ( «номера»), заведения бытового обслуживания дачников и торговли: почта, магазины и лавки, столовая, буфеты, аптека, мастерские ремесленников, пекарня, парикмахерская, керосиновая лавка и т. д. Этот посёлок получил название Центрального. Вправо от станции вблизи железной дороги вверх по левому берегу речки Городенки богатый крестьянин из деревни Шайдрово Смирнов стал застраивать посёлок, получивший название Смирновского (ныне — Бутовская ул.). По другую сторону железной дороги на самом высоком, а потому и наиболее сухом месте, среди вековых сосен энергично возводились дачи «Нового Царицына» (там, где теперь рынок и гостиница), а число их перевалило за сотню.
При этом развитие дачных поселений здесь продолжалось и в дальнейшем. Около 1895 г. рядом с Новым Царицыном, ниже и ближе к пруду и деревне Хохловке стало застраиваться дачами урочище Воробьёвка (ныне — Луганская ул.), черев которое когда-то проходила из села Коломенского так называемая Екатерининская дорога в Царицыно. Здесь построили около 50 дач. Напротив Воробьёвки, по другую сторону железной дороги, вдоль Нижнецарицынского пруда до Центрального посёлка было построено около 20 дач посёлка, получившего название «Поповка» (ныне Лисичанская ул.). В 1886 г. часть леса, непосредственно примыкающего к парку и Верхнецарицынскому пруду и к впадающей в него речке Городенке с правой «покровской» стороны, начала разбиваться на участки под дачи, строительство которых развернулось в конце XIX в. (теперь это улицы Радиальные и Кошкина). В 1908 г. у купца 1-й гильдии Спиридона Егоровича Логунова, имевшего здесь с 1875 г. кирпичный завод, вырабатывавший до 9 млн. штук кирпича в год, купил участок зарайский крестьянин Василий Петрович Петров и стал сдавать в аренду дачные участки, которые быстро застроились и образовали рядом с Новым Царицыном так называемый Петровский посёлок (ныне район у больницы ЗИЛ).
Среди местных дачевладельцев был купец 1-й гильдии Василий Фёдорович Аршинов. Его болезненный сын, ботаник по профессии, создал здесь у речки Городенки прекрасный парк редкостных растений и деревьев, остатки которого сохранились до наших дней и являются украшением микрорайона и любимым местом отдыха жителей.
Село Царицыно, с конца XIX в. местными жителями и дачниками звавшееся не иначе, как Старое Царицыно, вплоть до революции продолжало оставаться волостным центром. Окружавшие его дачные посёлки, насчитывавшие в совокупности до 1000 дач, заселялись только на летний сезон (до 15 тыс. дачников). Дачевладельцы организовались в «Общество благоустройства дачной местности Царицыно» (председатель Н. Савостьянов, секретарь А. Тюнин). В результате их деятельности 1 января 1904 г. станция Царицыно была переименована в Царицыно-Дачное.
Близость Царицына к Москве привела к тому, что уже с начала XIX в. все справочники отмечают садоводство как основное занятие его жителей. Свои продукты крестьяне либо везли в Москву, где продавали на рынке близ Серпуховских ворот, либо продавали на месте дачникам. Однако с конца XIX в. из-за заморозков и нашествия вредителей садоводство пришло в упадок. Дополнительными источниками доходов для крестьян стали молочное животноводство и до конца XIX в. — изготовление гильз для папирос. Молоко сбывалось зимой в Москву, летом — дачникам. Появилась даже особая категория жителей посёлка, постоянно занимавшаяся этим, — царицынские дворники (сторожа дач).
По данным 1886 г., в Царицыне было 33 двора (219 человек), 5 лавок, 2 сапожных заведения, крахмальный завод, фотография. По сведениям 1899 и 1910 гг., здесь отмечены соответственно 51 хозяйство, 285 жителей и 61 хозяйство, 346 жителей. В 1875 г. открылось Царицынское земское училище (до этого обучение происходило в школе Сдельного ведомства), из которого в 1881 г. выделилось женское училище. Оба училища обслуживали многие окрестные селения.
После революции дачные посёлки, образовавшиеся в дачной местности вокруг станции Царицыно-Дачное, были административно объединены с селом в единый посёлок Ленино, ставший центром объединённой Ленинской волости, в которую вошли бывшие Зюзинская, Нагатинская и Царицынская волости. Число летних дачников резко сократилось, и многие дачи и «номера» (гостиницы) стали заселяться главным образом приезжими, жившими здесь уже круглый год. В 1920 г. в поселке Ленино было зарегистрировано 225 владении, в которых постоянно проживали 2383 человека, а 220 квартир были отмечены как пустующие зимой.
В 1926 г. в посёлке Ленино числилось уже 5 тыс. постоянных жителей. Что касается села Ленина (т.е. Старого Царицына), в нём было зафиксировано 95 хозяйств и 477 жителей. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 сентября 1939 г. Ленино стало рабочим посёлком. К этому времени его население достигло 16 тыс. человек.
Хотя число сезонных дачников резко сократилось, Царицыно всё же не потеряло значения места отдыха. К Царицынским прудам стали приезжать москвичи. Целыми коллективами ехали празднично одетые люди, от станции колоннами, с оркестром во главе шли к пруду в парк по Центральной улице. Работали выездные буфеты. В летний сезон в каждый погожий выходной день приезжали на массовки по 10—20 коллективов (до 20—25 тыс. человек). Этому способствовало и то, что в Третьем Кавалерском корпусе дворцовой усадьбы в 1925—1937 гг. размещался историко-художественный и краеведческий музей.
В 1930—1931 гг. в Ленинском районе Московской области проводилась коллективизация. Жители сельской части Ленино (ул. Крестьянская) вступили в колхоз (с конца 1940-х годов он стал именоваться колхозом им. Ленина). Была создана Ленинская МТС, которая с 1932 г. находилась в посёлке Ленино. В Новом Царицыне также была открыта ветеринарная лечебница. В это время жители деревень Котляково и Чертаново настойчиво добивались остановки пригородных поездов на 837-м км (от Саратова). После нескольких лет упорных хлопот появилась платформа Чертаново. В 1939 г. была закрыта церковь, возвращённая общине верующих только в 1990 г.
В 1960 г. районный центр посёлок Ленино (20 тыс. населения) вошёл в Пролетарский район Москвы. В 1963 г. на поле между посёлком Ленино, деревней Котляково и платформой Чертаново появились железобетонные дома массовой застройки. Первый такой дом ещё в 1960 г. построил стекольный завод в начале тогдашней Садовой улицы (ныне Каспийская, вблизи от станции метро «Царицыно»). Появились улицы: Бехтерева, Кавказский бульвар и др.
Возникло новое кладбище у платформы Чертаново и речки Городенки, названное Котляковским. Весь район массовой застройки был назван Ленино-Дачное, жилая площадь которого вскоре превысила 1 млн. кв. м, а население — 100 тыс. человек.
Котляково
По соседству с Царицыном на речке Чертановке, в районе современных Котляковской улицы и проездов, когда-то располагалась деревня Котляково.
Первое упоминание о деревне встречается в писцовой книге 1627 г., когда она «тянула» к селу Покровскому и входила в состав владений московского Новоспасского монастыря. В это время в деревне имелось 5 крестьянских дворов с 5 душами мужского пола и 4 бобыльских двора со столькими же бобылями. В 1646 г. здесь числилось 10 дворов с 27 мужчинами и 2 пустых двора беглых крестьян, в 1715—1716 гг. — 15 крестьянских дворов, в которых проживали 73 человека, и 5 бобыльских дворов с 17 жителями.
В 1764 г. после секуляризации монастырских владений деревня перешла в ведение Коллегии экономии. По данным «Экономических примечаний», в 1773 г. в деревне насчитывалось 48 дворов, в которых проживали 335 жителей. Источники этого времени особо отмечали, что местные «женщины упражняются в пряже льна», пряли и ткали «для своего употребления».
При императоре Павле I деревня Котляково вместе с селом Покровским была отдана в «командорственное» владение графине А.Р. Чернышевой. Впоследствии деревня снова перешла в ведение казны, а с момента организации в 1837 г. Министерства государственных имуществ числилась за ним.
На протяжении почти столетия численность населения в деревне оставалась на одном и том же уровне: в 1859 г. в Котлякове числился 31 двор, где проживало 334 человека. Свою роль в этом сыграло наполеоновское нашествие 1812 г., после которого убыль населения была компенсирована лишь через несколько десятилетий. Однако начиная с середины XIX в. рост населения в деревне вновь возобновился.
К 1899 г. в Котлякове проживало 86 семей, в которых зафиксировано 410 человек. Основным занятием крестьян являлось садоводство, приносившее им немалые доходы (так, в 1870-е годы среднегодовой доход на душу от садоводства равнялся 60 рублям). Поэтому селение считалось одним из самых зажиточных в Московском уезде: здесь не было разорившихся и недоимщиков, земли не пустовали, жилые и хозяйственные постройки находились в хорошем состоянии, почвы были удобрены, чему способствовала близость Москвы, откуда возили различный навоз. В самой деревне имелось три торговых заведения.
Наличие у деревни заливных земель по Москве-реке и Чертановке позволило местным крестьянам пережить относительный упадок садоводства из-за усиленной конкуренции со стороны более дешёвых продуктов садоводства из южных губерний, начавшийся после постройки Курской железной дороги. Достаточно быстро они перешли на устройство огородов и выращивание на них капусты и огурцов. Сажали тут и картофель (в том числе и ранний), предназначенный для сбыта в первопрестольной. Вместе с тем значительная часть крестьян была вынуждена продать свою землю. Результатом этого явилось то, что если в 1876 г. на 64 домохозяйства Котлякова приходилось 592,6 десятин земли, то к 1927 г. в деревне было 122 хозяйства (576 человек) и в их пользовании находилось 290 гектаров земли. Малоземелье заставляло крестьян интенсифицировать свой труд и заботиться прежде всего о сбыте своей продукции на рынках Москвы. Уже в 1925 г. здесь возникли первые кооперативные объединения садово-огородных крестьянских хозяйств. В дальнейшем их сменил колхоз «Новая жизнь». В 1960 г. Котляково вошло в состав Москвы. Его территорию поглотила городская застройка. Память о деревне сохранилась лишь в названиях Котляковских улицы, двух переулков и кладбища.
